Литературно-художественный
ежемесячный журнал

ISSN 0131-5587

Михайлов Валерий. Интервью «Литературной газете». №45 (6249). 11-11-2009

Там, где кончается асфальт

Интервью главного редактора "Простора" Валерия Михайлова, данное "Литературной газете".

Мы продолжаем рассказывать читателям о жизни литературного Казахстана. Сегодня наш гость – главный редактор алма-атинского журнала «Простор» Валерий МИХАЙЛОВ. Именно благодаря его помощи нам удалось познакомить вас с ситуацией в современной прозе, а в ближайшем номере предложить вашему вниманию обзор поэтических изданий Казахстана.

– Валерий, что сегодня, после обретения Казахстаном государственной независимости, представляет собой литературно-печатное поле страны?

– Ежемесячных «толстых» литературных журналов на русском языке у нас в республике всего два: кроме «Простора», издаваемого Союзом писателей Казахстана, есть ещё «Нива», выпускаемая в Астане Владимиром Гундаревым. Журнал иностранной литературы «Аманат» (свежих переводов, увы, там мало) выходит несколько раз в год. Издаются альманахи: в Усть-Каменогорске («Иртыш» и «Восток»), в Семипалатинске, Кустанае, Петропавловске. В бывшей столице выходит раз в год альманах «Литературная Алма-Ата», до недавнего времени издавались обозрение «Книголюб» и небольшой, постмодернистского направления журнал «Аполлинарий». Наш журнал, пожалуй, отличается от других изданий более широким кругом авторов, ну и, конечно, тем, что мы отдаём предпочтение литературе русской, а не «русскоязычной».

– Давайте поговорим на эту тему подробнее.

– Действительно, следует сказать несколько слов о литературе русской и литературе русскоязычной. Писатель определяется принадлежностью к культуре того или иного народа; давно замечено, что «чистота крови», место проживания, гражданство и даже язык, на котором он пишет, дело второстепенное. Не будем при этом забывать, что культура – производное от культа: дух создаёт вера, немыслимо было бы представить русскую литературу неправославной. Теперь обращусь к примерам. Иван Бунин отнюдь не сделался русскоязычным писателем, прожив полжизни во Франции. Олжаса Сулейменова никак не назовёшь русским поэтом, хотя он сочинял только на русском. Русская литература представляется мне тысячелетним громадным древом, на котором в последние десятилетия в результате изменений в атмосфере и действий различных «мичуринцев» от политики и культуры появилось множество каких-то корявых боковых веточек-привоев с причудливыми листками, – им явно век не вековать, они засохнут и отпадут, а вот неохватный ствол и могучие корни останутся и будут дальше жить, покуда жив народ. Что ты наращиваешь? – ствол с раскидистыми ветвями или эти боковые случайные веточки? – и определяет, кто ты: русский писатель или же русскоязычный. Кстати, так называемую русскоязычную литературу, мне кажется, было бы точнее называть литературой русскоязычных.

Мы живём во времена фальшивой водки и сомнительных терминов – и тем и другим легко обмануться, если не отравиться. Ещё полвека назад термина «русскоязычная литература» и в помине не было, а теперь он вошёл в обиход и вытесняет ясное и твёрдое понятие «русская литература». Если так пойдёт и дальше, то скоро мы услышим от шибко учёных людей термин «русскоязычная культура», а с подмостков концертного зала кто-нибудь объявит: «Русскоязычная народная песня «Вдоль по Питерской». Что касается Казахстана, то у нас имеется и русская литература, и русскоязычная. Впрочем, как и в России или же в Москве, в которой, как мне кажется, русскоязычных писателей сейчас уже больше, чем русских, а русскоязычных литературных журналов в пределах Садового кольца можно навскидку назвать с десяток, тогда как русских – раз-два и обчёлся.

– Как живётся изданию сегодня?

– «Простор» – это, прежде всего, журнал русской литературы Казахстана, хотя мы печатаем и русскоязычных авторов, и переводы с казахского, уйгурского, корейского, представляя, таким образом, все ветви казахстанской литературы. Чтобы понять дух нашего журнала, достаточно взглянуть на его графический символ – это орёл с книгой на небесах, символ Иоанна Богослова. «В начале было Слово...»
В первые годы после распада Союза «Простор» пережил тяжёлые времена: выходил с опозданием, сокращал объём... Теперь это позади, журнал живёт: выходит ежемесячно, хорошая полиграфия, несколько лет имеет, что называется, интерактивный сайт в интернете и тысячи читателей во многих странах мира. Правда, тираж у нас небольшой – 1500 экземпляров, но это вполне сопоставимо с тиражами самых известных российских «толстых» литературных журналов, хотя бы потому, что по населению Казахстан в десять раз уступает России. Журнал почти целиком распространяется по подписке, и это хорошо, все мы знаем: бибколлектора давно нет, и в небольших городах и селениях из печатной продукции торгуют разве что «жёлтой» прессой и коммерческим чтивом.

– Так можно сказать, что русская литература, русские писатели Казахстана не уведены в тень? Они не только полнокровно работают, но имеют и свои печатные издания... Наверное, это исключение на постсоветском пространстве. Как вы думаете, благодаря чему удаётся сохраниться и развиваться?

– Возможно, кто-то думает, что русские Казахстана свой родной язык подзабыли или утратили и говорят на выморочном «советском» языке? Это не так, хотя, к сожалению, «процесс пошёл»: язык засоряется чем попало, беднеет, размывается... Однако разве это не общая наша с Россией беда? На Руси слова «народ» и «язык» тождественны (вспомним Пушкина: «И назовёт меня всяк сущий в ней язык…»). И тут прямая зависимость: крепнет и развивается народ – расцветает и богатеет язык, слабеет народ – беднеет язык. И, наверное, наоборот: здоров и силён язык – здоров душою и телом народ.
Казахстан большая страна, на его территории в прошлые века находились: на западе – земли уральского казачества, на севере и востоке – сибирских казаков, на юго-востоке – казаков семиреченских – «семиреков». Это острова старинного природного русского языка, сберегаемого потомками, там ещё до сих пор есть что записать собирателям народной словесности. И многие авторы нашего журнала – с берегов Урала, Иртыша, из рудного Алтая – живут и работают у себя на родине, где ещё бьют родники живого разговорного слова. Назову лишь одного – Александра Ялфимова из Уральска. Это самобытный прозаик, глубокий знаток истории и быта яицкого казачества, в совершенстве владеющий их ярким и сочным говором с его неповторимыми по музыке интонациями. Недаром Александра Петровича, замечательного к тому же рассказчика своих баек из народной жизни, нарасхват зовут то в Оренбург на фольклорные слёты, то в Вёшенскую на Шолоховские праздники.

Но в основном Казахстан заселялся русскими в прошлом веке: кто вольно пришёл на эти земли – во времена Столыпина и освоения целины, а кого пригнали под конвоем – во времена коллективизации и сталинских лагерей. Так что языковая картина пестра, ведь со всей России собрались люди, причём в большинстве – крестьяне, носители слова, самые даровитые и «языкастые» земледельцы, которых обозвали «кулаками» и бросили на голую, необжитую землю. Например, у себя в доме в Караганде я с детства слышал два говора: курско-орловский, южной Руси, откуда родом был отец, и средневолжский, откуда родом была мама. Приведу и другой пример, так сказать, от обратного: казахи, в большинстве владеющие русским языком, говорят на нём гораздо чище всех других коренных народов бывших национальных республик, а ныне суверенных стран, и это, по-моему, свидетельство не только природной талантливости казахов в усвоении чужой речи, но и замечательности по обаянию, силе и чистоте того русского языка, на котором говорили переселенцы из России. Конечно, сейчас разговорный русский язык несколько «усреднился», и вряд ли его ожидают лучшие времена, потому что мы находимся уже не в пределах Российской или же Советской империи, а в границах независимого Казахстана, где государственным языком является казахский, а русский – языком межнационального общения. Но всё же считаю, что русские писатели Казахстана ещё живут в ареале живого русского языка и великой русской литературы, которые и питают их творчество.

Русскоязычная литература может возникнуть и на асфальте, а вот русская литература появляется только на почве. Думаю, теперь читателям вашей газеты будет понятнее, почему казахстанская земля дала русской литературе такие имена, как Павел Васильев и Иван Шухов, Иван Щеголихин и Николай Корсунов, Валерий Антонов и Морис Симашко, Евгений Курдаков и Надежда Чернова. Я мог бы назвать и десятки других имён талантливых поэтов и прозаиков, некоторые из которых продолжают служить литературе, – все они составили основу и, собственно, создали тот «Простор», что был широко известен в 60–70-е годы и ныне продолжает их традиции.

– Но вы же не замыкаетесь на творчестве только этнически русских авторов, а смогли продолжить работу с переводной казахской литературой.

– Одна из этих традиций – переводческая работа. Все классики казахской литературы и все самые даровитые современные казахские писатели приходили и приходят к русскому читателю через наш журнал. Несмотря на понятный кризис переводческого дела, только в последние годы мы напечатали, к примеру, повести Абиша Кекильбаева и Толена Абдикова в переводе Анатолия Кима (кстати, тоже уроженца Казахстана, ныне живущего в Алма-Ате), стихи Нурлана Оразалина в переводе Сергея Мнацаканяна, корейского поэта Ко Ына в переводе Станислава Ли и многое другое.

– Чем же полезен ваш журнал для русского читателя Казахстана в условиях оторванности от материнской культуры?

– Лет пятнадцать все мы, и в Казахстане, и в России, и в других новых независимых странах, существуем в разорванном культурном пространстве, многие настоящие книги редко выходят за пределы городов, где издаются, а что читать? – диктует торгаш, которого занимает только немедленная прибыль. Читатель деградирует, его превращают в потребителя чтива. В этих условиях литературные журналы, по традиции продолжающие высоко держать планку художественности, выполняют незаменимое дело: по сути, они маяки в мутном бушующем море издательского рынка.

«Простор» знакомит своего читателя с тем, чем живёт современная русская литература и в России, и в других странах. В последние годы в гостях «Простора» побывали московские журналы «Москва» и «Наш современник», «Сибирские огни» (Новосибирск), «Сибирские Афины» (Томск), альманах «Орёл литературный», писатели Белгорода, Омска, Барнаула, Оренбурга, Калуги, Харькова, Сыктывкара, Кишинёва и других городов. Недавно мы широко познакомили казахстанцев с литературой Белоруссии, представив два десятка прозаиков и поэтов, рассказав о творческих связях писателей двух стран. Есть у нас и авторы из «дальнего» зарубежья? – Германии, Бельгии, Израиля. Специальный дополнительный номер журнала был посвящён современной французской литературной критике, мы выпустили его совместно с Посольством Франции в Казахстане. Среди многих российских писателей, чьи произведения печатались у нас в последнее время, – Юрий Кузнецов, Валентин Распутин, Леонид Бородин, Вячеслав Дёгтев, Николай Дмитриев, Александр Сегень, Владимир Берязев, Николай Шипилов, Вячеслав Куприянов, Вадим Рабинович, Виктор Кушманов, о. Владимир Нежданов, Надежда Мирошниченко, Андрей Расторгуев, Юрий Перминов, Евгений Семичев, Диана Кан…

Надо заметить, что русские писатели Казахстана, а среди них немало тех, кто состоит в российских писательских союзах, тоже печатаются в литературных изданиях России, однако всё же не так широко. Разумеется, нам хотелось бы, чтобы российский читатель лучше знал то, что пишется здесь, и не только из интернета. Наверное, уместно вспомнить и о том, что было раньше, в советское время? – о «живых» творческих контактах: совместных встречах, Днях литературы, участии в работе съездов, пленумов, посвящённых русскому языку и литературе, – неужели это так уж нереализуемо даже и по нынешним временам Польза от всего этого – очевидна.

Русская классика пронизана духовностью, воспитана Православием. В советские безбожные времена эта духовная и нравственная основа словесности была сильно поутрачена, недаром с начала перестройки наша литература зацвела плесенью постмодернизма, неоязыческого по своему существу. Поэтому в разделе литературной критики мы стараемся давать больше материалов, разъясняющих истинный дух русской литературы. Кроме того, мы напечатали – из номера в номер, с продолжениями – превосходную работу Олеси Николаевой «Православие и свобода», где много верного сказано о русской культуре и литературном творчестве.

– Российский читатель почти не видит «толстые» журналы, даже издаваемые внутри страны. Как же познакомиться ему с вашим, теперь иностранным?

– «Простор» в своё время был весьма популярен в нашей бывшей стране. Если бы казахстанская почта работала, как прежде, мы бы и сейчас имели немало подписчиков в России, но, увы, теперь наш журнал не значится в каталогах российской периодики. Зато часто доводится слышать, что навещающих республику бывших казахстанцев первым делом просят привезти журнал «Простор». Желающим следить за тем, что происходит в литературе Казахстана, остаётся заглядывать в интернет – там мы представляем наш журнал в полном объёме. Добро пожаловать на сайт «Простора» (htpp://zhurnal-prostor.kz)!

 

Беседу вёл Борис ЛУКИН

http://www.lgz.ru/article/10797/